Защищайся от инфекций! Первая волна эпидемии. 1996-2004 годы ВИЧ-инфекция

Национальная катастрофа. Начало. 1981–95 годы

Для того, чтобы понять эпидемию ВИЧ-инфекции в России, необходимо знать, что происходило в самом ее начале.

Период с 1981 по 1995 годы отличался относительно небольшим количеством заражений, которые тщательно расследовались. Поэтому информация о путях передачи вируса в те годы является наиболее достоверной и может пролить свет и на сегодняшнюю ситуацию.

Первые случаи ВИЧ среди иностранцев

Первый случай ВИЧ-инфекции на территории СССР был зарегистрирован в ноябре 1985 г. у гражданина ЮАР, который обучался в Москве, а затем выехал в Центральную Африку. Почувствовав себя плохо, он вернулся и попал во вторую инфекционную клиническую больницу (сейчас — Московский городской центр борьбы со СПИД). Несмотря на интенсивное лечение, в течение двух месяцев он умер.

Выявлено иностранцев с ВИЧ в городах СССР, 1985–89
Москва238
Одесса32
Киев28
Минск17
Ленинград16
Другие города154
СССР485
Источник: В.В. Покровский, Эпидемиология и профилактика ВИЧ-инфекции и СПИД, 1996

Этот случай послужил поводом для проведения обследования иностранцев с декабря 1985 по декабрь 1987 года. Сначала оно имело выборочный характер, но с появлением все большего числа ВИЧ-инфицированных стало сплошным. Были охвачены 43 тысячи человек, среди которых 219 имели ВИЧ, почти все — студенты из Африки. Многие из них обучались на старших курсах, находились в стране уже несколько лет и вели активную половую жизнь с советскими гражданами.

Всего же к концу 1989 г. в стране насчитывалось 485 случаев ВИЧ среди иностранцев. Половина из них приходилась на Москву, а остальные — на Одессу, Киев, Минск, Ленинград и другие города СССР.

Иностранцы с ВИЧ выдворялись из страны. Однако многие из них сумели вернуться и в дальнейшем успешно уклонялись от повторного обследования.


Первые случаи ВИЧ среди граждан СССР

ВИЧ среди граждан СССР, 1987–89
19871988198985–89
Граждане СССР3485322441
  РСФСР2250268340
  Другие республики123554101

Источники: СССР — В. В. Покровский, Эпидемиология инфекции, вызываемой ВИЧ, диссертация, 1990. РСФСР — по публикациям ФНМЦ СПИД Роспотребнадзора

Впервые ВИЧ и СПИД у гражданина СССР был обнаружен в Москве в феврале 1987 г. Он был инфицирован в 1982 г. во время командировки в Танзанию. С этого момента начались целенаправленные поиски вируса у советских граждан.

Выявлено граждан СССР с ВИЧ на 10 октября 1990 г.
РеспубликаВсегоДети
РСФСР429256
Украина658
Белоруссия143
Эстония100
Латвия100
Грузия70
Молдавия51
Казахстан52
Узбекистан30
Литва30
Туркмения10
Армения10
СССР553270
Источник: Охрана здоровья в СССР, Госкомстат, 1990

В 1988 г. в Ленинграде ВИЧ был диагностирован у женщины и ее ребенка 1982 года рождения. Заражение могло произойти в 1979–81 гг., когда у женщины были контакты с африканскими студентами.

Одно из эпидемиологических расследований, предпринятое в конце 80-х годов, привело к двум бывшим служащим флота, которые заразились в 1981 г. в Конго. Именно они считаются первыми инфицированными гражданами СССР, а 1981 г. — годом ввоза инфекции в страну.

Родившийся в 1987 г. ВИЧ-позитивным ребенок одного из них стал источником крупнейшей в истории России внутрибольничной вспышки ВИЧ, сначала в Элисте, а затем в других южных городах. Из-за нее в РСФСР зараженных оказалось значительно больше, чем в других республиках.

К октябрю 1990 г. носители вируса были обнаружен в 12 из 15 республик СССР, а их общее число достигло 553. Только в Азербайджане, Киргизии и Таджикистане не было обнаружено ни одного ВИЧ-инфицированного.


История пациента К.

Владимир К., 1951 года рождения, был первым официально зарегистрированным гражданином СССР с ВИЧ.

К. был пассивным гомосексуалистом, никогда не имел сексуальных контактов с женщинами и начал половую жизнь в 14 лет. В 1981 г., в возрасте 30 лет, он поехал работать переводчиком в Танзанию, где также имел связи с местными жителями.

Этот человек впервые попал в поле зрения инфекционистов в августе 1982 г. Он поступил во вторую Московскую клиническую инфекционную больницу с продолжавшейся уже месяц лихорадкой и диареей, в дальнейшем — сыпью и увеличением лимфоузлов, т. е. характерными, но довольно тяжелыми и предвещающими плохой прогноз симптомами начальной стадии ВИЧ-инфекции. Состояние больного сразу было признано нетипичным (из-за чего он был возвращен из Африки), врачи затруднялись с диагнозом, а исследования на известные возбудители картину не прояснили.

В апреле 1983 г., после длительного лечения в этой и других московских клиниках, К. был выписан в удовлетворительном состоянии и уехал в родной город. Заболевание прогрессировало. В 1984–85 гг. К. дважды перенес высыпания на туловище — опоясывающий герпес. К концу 1985 г. у него на коже стали появляется сине-фиолетовые пятна. В течение 1986 г. он обращался к различным специалистам по месту жительства, но так и не получив адекватной медицинской помощи, в январе 1987 г. вернулся в Москву.

Диагноз был поставлен практически случайно. Вот как это описано в книге [3]:

По счастливой случайности молодой клинический ординатор Фабрикова Е. А. как раз прослушала лекцию автора этих строк В. В. Покровского, посвященную СПИДу, и под впечатлением от услышанного заподозрила у своего пациента СПИД. После некоторых усилий молодому врачу удалось убедить старших товарищей провести консультацию дерматолога на предмет диагноза саркомы Капоши и отправить кровь на исследование антител к ВИЧ.

Проф. Потекаев ... оставил в истории болезни подробное клиническое описание поражения: «На коже лица, туловища, рук и ног ... узелковые высыпания, сливающиеся местами в бляшки ... отличаются сочной и яркой (ярко-красной и темно-фиолетовой) окраской... Правая стопа и голень значительно увеличены в размерах за счет инфильтрации и отека. Кожа здесь резко напряжена, насыщенно розово-красного цвета... Пальцы ног резко утолщены и деформированы. Пальпируются множественные шейные (диаметром до 1 см) и паховые (до 1 см) лимфоузлы. Диагноз: саркома Капоши.»

Заподозрен СПИД, при исследовании сыворотки крови, взятой 26.02.1987г. обнаружены антитела к ВИЧ... Уровень CD4+ лимфоцитов 220 кл/мкл... Больной переведен в боксовое отделение КИБ№2 Москвы.

С этого момента К. находился под постоянным наблюдением врачей. Сначала его лечили от саркомы Капоши, а с конца мая 1987 г. он стал получать азидотимидин (АЗТ, зидовудин) — первый антиретровирусный препарат. Применяемая сегодня высокоактивная антиретровирусная терапия, ВААРТ, на тот момент еще не существовала.

В июле 1987 г. уровень CD4-лимфоцитов достиг 1300 кл/мкл и продолжал повышаться, и К. был выписан домой. С конца 1987 г. до начала 1989 г. врачи боролись с различными вторичными проявлениями. Состояние больного было относительно стабильным, но требовало постоянного внимания, а уровень CD4-лимфоцитов колебался в пределах 270–760 кл/мкл, повышаясь на фоне применения АЗТ до 1280 кл/мкл. В феврале 1989 г. К. переехал жить в больницу из-за конфликта с родственниками.

Состояние К. стало прогрессивно ухудшаться с лета 1989 г. Вот как это описано в книге [3]:

В июне 1989 г. у больного К. стало отмечаться некоторое увеличение элементов саркомы Капоши на лице. Из мокроты и содержимого язвы выделены грибы Candida albicans, хотя клинической манифестации кандидоза не было. Уровень СD4-клеток составлял 380 кл/мкл... Назначен АЗТ в дозе уже 0,4 г/сут. Через 2 месяца приема препарата элементы саркомы Капоши стали бледнее... Уровень CD4-клеток в июле 1989 г. 1280 кл/мкл, в сентябре — 1000 кл/мкл.

В сентябре АЗТ был вновь отменен. В середине месяца появились признаки обострения интерстициальной пневмонии, которые исчезли при лечении пенициллином и бисептолом. В октябре повторили курс лечения реафероном. Уровень CD4-клеток 670 кл/мкл. В ноябре опять был назначен АЗТ в дозе 0,4 г/сут.

В декабре 1989 г. больной К. отказался от всякого лечения и начал принимать какую-то «биологически активную жидкость», изобретатель которой, некий доктор «Сарчук», обещал ему полное выздоровление от СПИДа. Через 1,5 месяца уровень CD4-клеток снизился до 20 кл/мкл. По настоятельному желанию больного он был выписан и уехал домой.

В апреле 1990 г. больной К. самостоятельно явился в клинику. Он был сильно истощен... Уровень CD4-лимфоцитов составлял 8 кл/мкл. Начато лечение АЗТ в дозе 1 г/сут. Через 2 месяца приема препарата состояние больного не изменилось... В августе и сентябре больному 3 раза вводился нормальный человеческий иммуноглобулин. Уровень CD4-клеток повысился в сентябре до 36 кл/мкл. К ноябрю состояние больного стабилизировалось, новых элементов саркомы и язв не появилось, уровень СD4-клеток 65 кл/мкл.

В январе 1991 года у больного К. появился сухой кашель и повысилась температура... В связи с подозрением на пневмоцистную пневмонию был назначен бисептол... В феврале 1991 г. невропатолог отметил снижение мышечной силы ног и рук... 10 апреля у больного повысилась температура тела и на слизистой оболочке полости рта и языка появились кандидозные высыпания (обнаружены Candida krusei). CD-лимфоциты практически не обнаруживались (0). Назначен противогрибковый препарат дифлюкан... 24 апреля появились кашель и хрипы в легких, от рентгенографии больной отказался. Назначен бисептол. CD4-лимфоциты по-прежнему не обнаруживались.

... 8 мая появились первые признаки ухудшения состояния, лихорадка, нарастал кашель. В легких появились участки ослабленного дыхания. С 13 мая отмечались вздутие и болезненность живота, заподозрена перфорация кишечника... Больной был переведен в хирургический стационар, но от операции отказался. 20 мая жаловался на чувство вздутия живота, икоту, рвоту, отмечалась выраженная кахексия [крайнее истощение], на коже стопы и в межъягодичной складке — язвы, во рту — кандидозные поражения, на языке — волосатая лейкоплакия... Вечером больной скончался при явлениях сердечной недостаточности.

Посмертный диагноз: ВИЧ-инфекция, терминальная стадия (СПИД): генерализованная саркома Капоши, кахексия, двусторонняя пневмония, кандидоз полости рта.

Таким образом, с момента заражения К. прожил 9 лет. Бессимптомная фаза у него была короткой: уже через 2 года отмечались эпизоды опоясывающего герпеса, а через 3,5 года — первые элементы саркомы Капоши. В декабре 1985 г. ему уже можно было ставить диагноз СПИДа. Тем не менее он прожил еще 5,5 лет, благодаря применению АЗТ и упорному лечению вторичных заболеваний, и мог, но не стал, бороться за жизнь еще дольше.

Эпидемиологическое расследование

Последовательность передачи вируса от К. была подробно расследована. Этот и другие случаи пролили немало света не столько на пути передачи вируса (которые были известны), сколько на сексуальное поведение советских людей, их отношение к риску передачи/получения вируса, а также общий уровень медицины того времени. Поражает и география распространения вируса — свидетельство большой мобильности советских людей.

После возвращения в 1983 г. в г. Армавир Краснодарского края К. некоторое время воздерживался от половых связей. Но вскоре он почувствовал себя достаточно здоровым, чтобы искать и находить половых партнеров. Опасаясь венерических заболеваний, он предпочитал неопытных молодых людей — солдат срочной службы и курсантов военных училищ. Ни один из них в дальнейшем не признал наличия других гомосексуальных связей. Этим К. уникален: будучи гомосексуалистом и не имея контактов с женщинами он инициировал вспышку ВИЧ среди гетеросексуального населения.

В 1984–86 гг. у К. было 22 партнера, из которых пятеро заразились. Отслужив в армии они разъехались по всей стране.

Один из них в 1987 г. оказался в Тольятти. Он никого не успел заразить и после установления диагноза уехал из города. Второй — в Салавате, он стал первым ВИЧ-инфицированным в Башкирии. От него вирус получили две женщины, которые через несколько лет умерли, а сам он пропал без вести.

Третий жил в Смоленске. Он, видимо, был хорошим парнем и пользовался популярностью у женщин. Еще он был донором крови — по идейным соображениям. В итоге к 1987 г. от него заразились четыре женщины половым путем, включая жену, и еще пятеро (двое взрослых мужчин, пожилая женщина и два мальчика) в результате переливания крови.

От одного из мальчиков еще один получил ВИЧ в больнице из-за нарушения правил стерилизации инструментов медицинским персоналом, а от него таким же путем заразился и третий. Этот третий вырос и тоже стал нравиться женщинам. Он не скрывал свой ВИЧ-статус, но они, тем не менее, шли с ним на контакт. В итоге его жена и еще две женщины заразились, от двух последних родились ВИЧ-инфицированные дети. Парня пытались привлечь за это к суду, но он избежал наказания как жертва врачей.

К концу 1994 года в Смоленской области было 15 ВИЧ-инфицированных, и все они были из этой цепочки. К тому моменту от СПИДа умерли шестеро взрослых и один из мальчиков, получивших донорскую кровь. Одна из женщин уехала в 1987 г. в Нижнекамск, став первой ВИЧ-инфицированной в Татарстане. Она умерла от СПИДа в 1992 г., через 16 лет после заражения. В 1989 г. от нее заразился муж, который не захотел пользоваться презервативом. К концу 1994 года умер и он.

Оставшиеся двое из Армавира оказались после службы за пределами России. Сопоставляя данные из различных источников, мы пришли к выводу, что один из них был из Украины, а второй — из Латвии (первый ВИЧ-инфицированный в этой стране). Он вел активную общественную жизнь и умер в 2014 году в возрасте 54 лет, прожив с вирусом по меньшей мере 27 лет. Кстати сказать, вдова самого первого парня из Смоленска была жива в конце 2012 года.

Схема распространения ВИЧ от пациента К., 1984–96 гг.
Пояснения: нажмите на интересующий значок на схеме

Расследование продолжалось 9 лет. При этом не все участники были найдены. Пути передачи вируса не всегда были очевидны. Например, у мальчиков, заразившихся в больнице, ВИЧ был обнаружен в 1990–92 годах, когда они уже выросли. Внутрибольничная цепочка была составлена путем сопоставления времени их пребывания в одних палатах и анализа медицинских манипуляций, которые с ними проводились.

Находясь в больнице, К. осознавал себя как первоисточник эпидемии в стране и даже гордился этим. На самом деле, он был одним из многих десятков советских граждан, получивших ВИЧ от иностранцев в крупных советских городах и в командировках за рубежом в начале 80-х годов.


Расследование случая одного врача

Ст. 121 УК РСФСР. Мужеложество. Ч.1 (отменена 27.05.93)

Половое сношение мужчины с мужчиной (мужеложество) — наказывается лишением свободы на срок до 5 лет.

В этой цепочке, расследованной в 1988 г., ВИЧ передавался только половым путем, при этом имели место гомосексуальные и гетеросексуальные контакты и были вовлечены работники коммерческого секса (КСР) и их клиенты. Эта история показывает, что к тому времени ВИЧ уже проник в среду как МСМ (мужчин, практикующих секс с мужчинами), так и КСР.

Следует отметить, что многие вовлеченные лица остались необследованными — из-за того, что их половые партнеры не хотели или не могли указать их точные данные.

Схема распространения ВИЧ: случай одного врача, 1988 г.
Пояснения: нажмите на интересующий значок на схеме

Первым при анонимном исследовании был выявлен житель южного города, врач по профессии. Он был бисексуалистом, имел жену и постоянного партнера-мужчину. Оба оказались ВИЧ-отрицательными. ВИЧ был найден у другого партнера — молодого человека 21 года. Последний с 18 лет занимался коммерческим сексом и имел в Москве «очень много, вероятно, более 1000» партнеров-иностранцев. При этом у него были связи и с советскими мужчинами и женщинами.

Один его ВИЧ-позитивный партнер также занимался проституцией с иностранцами, однако имел связи и с женщинами. Среди его контактов была Ольга Гаевская, 1958 года рождения. В 1976 году она приехала из Таджикистана в Ленинград на учебу, но не поступила и устроилась работать. С 1979 г. имела неоднократные контакты с иностранцами, в том числе африканскими студентами, дважды задерживалась милицией за непристойное поведение. С 1985 г. имела вторичные проявления иммунодефицита. Умерла от СПИДа (пневмоцистной пневмонии) в сентябре 1988 г. в Ленинграде, диагноз ВИЧ и СПИД установлен посмертно и был первым зарегистрированным случаем смерти от СПИДа в СССР. Она, тем не менее, не была источником ВИЧ в этой цепочке, так как контакт с ней произошел только в начале 1988 г.


Элистинская трагедия

В 1988 г. в Элисте, столице Калмыкии, началась крупнейшая в истории России внутрибольничная вспышка ВИЧ-инфекции.

Этот случай тянется от одного из первых (а, возможно, и первого) ВИЧ-инфицированного россиянина. Им был молодой человек 1959 года рождения. В 1981 году, в возрасте 22 лет, он находился в Конго в составе команды, занимающейся обслуживанием судов в порту, где имел половые контакты с местными женщинами и получал внутримышечные инъекции. Его жена жила с ним с 1982 года.

В 1987 г. у них родился второй ребенок, который через год тяжело заболел. В марте 1988 г. он был помещен в Детскую республиканскую больницу (ДРБ) Элисты, и через два месяца умер от сепсиса, пневмонии и кандидоза, т. е. от симптомов, похожих на СПИД.

В конце ноября 1988 г. в Калмыкии были обнаружены сразу двое ВИЧ-позитивных: женщина, которая собиралась стать донором, и не связанный с ней ребенок, обследовавшийся по клиническим показаниям. Как оказалась, оба они в июне находились в ДРБ (у женщины в тот момент заболел ребенок и она находилась в больнице вместе с ним).

Дальнейшее расследование выявило 6 очагов инфекции, которые существовали в течение нескольких месяцев. Крупнейшим было отделение для грудных детей ДРБ, откуда вирус попал в хирургическое, реанимационное отделения и отделение респираторных инфекций, а также в городскую инфекционную больницу и две районные больницы. Всего в них заразились 74 ребенка разных возрастов. Было установлено, что ВИЧ переносился с нестерилизованным медицинским инструментом. Распространению заболевания также способствовало то, что дети постоянно переводились из отделения в отделение и между больницами, а количество медицинских манипуляций с ними было значительно больше, чем объективно требовалось.

Этим дело не ограничилось. Тяжелые больные направлялись на лечение в другие крупные города. В октябре 1988 г. в больницу №7 Волгограда поступила девочка из Элисты. С этого момента передача ВИЧ продолжалась там до декабря 1989 г. Вторичные очаги возникли еще в двух стационарах города. Аналогичная ситуация повторилась в Ростове-на-Дону. Оттуда ВИЧ попал в больницы городов Ставрополь и Шахты. Также небольшой очаг возник в Астрахани. В Ростове находились пациенты из Махачкалы и Грозного, которые стали первыми ВИЧ-инфицированными жителями Дагестана и Чечни.

В общей сложности к концу 1996 г. в 18 регионах России были выявлены 265 детей, заразившиеся в этих очагах, из которых 120 (45%) к этому моменту умерли от СПИДа (напомним, что ВААРТ стала применяться в России только с 1997 г.). Еще как минимум трое были обнаружены за пределами России — на Украине и в Казахстане. Кроме того, от детей при вскармливании заразились 22 матери.

Родители самого первого умершего ребенка, с которого началась вспышка, были обследованы в начале 1989 г. Оба оказались ВИЧ-инфицированными. Муж уже имел признаки иммунодефицита, а в сентябре 1988 г., в возрасте 29 лет, перенес опоясывающий лишай. Жена, вероятно, еще весной 1987 г. была нездорова, поскольку в ДРБ ей делали инъекции антибиотиков. Через полтора года оба умерли от СПИДа.

Дети, инфицированные в больницах юга России, на конец 1996 г.
РегионДети с ВИЧИз них умерли
Всего   От СПИДа
Ростовская обл.984140
Калмыкия1744337
Волгоградская обл.522925
Ставропольский край1576
Чечня643
Дагестан544
Астраханская обл.211
Другие регионы21354
Всего265134120

1Не включая первого ребенка, заразившегося от матери
2Также как минимум 1 инфицированный ребенок был из Украины и 2 из Казахстана
Источник: справка ФНМЦ СПИД Роспотребнадзора за 1996 г., данные региональных СПИД-центров

В 2016 г. сайт Life.ru опубликовал интервью с некоторыми из тех (выросших) детей. Они входят в число самых долгоживущих людей с ВИЧ в нашей стране. По данным издания, из 74 детей, инфицированных в больницах Элисты, до наших дней дожили 28. Это значит, что за 20 лет, с 1996 по 2016 гг., умерли только трое. Те, кто продолжал принимать терапию, выросли, завели семьи и родили здоровых детей.


Что было сделано

Поговорим о том, с какого года вести отсчет проблемы ВИЧ в России. Можно встретить мнение, что начало — 1987 год, когда был обнаружен Владимир К., первый советский больной СПИДом. Другие считают, что это конец 1985 года — момент создания группы по борьбе с ВИЧ в Минздраве СССР и обнаружения ВИЧ-инфицированных иностранцев в советских городах.

Нам кажется, что точка отсчета в нашей стране та же, что и в США, — 1981 год. Тогда, 5 июня 1981 г., официальные американские власти в открытой печати сообщили о первых 5 случаях пневмоцистной пневмонии, затем, в июле, о 41 случае саркомы Капоши, а к концу года — о 270 случаях острого иммунодефицита, в том числе 121 смертельном, среди молодых американцев из группы МСМ (мужчин, практикующих секс с мужчинами).

Также в 1981 году в командировке в Конго заразился первый советский гражданин. Он, его жена и второй ребенок оставались без лечения и умерли к 1990 г. от СПИДа, инициировав в 1988 г. крупнейшую в стране вспышку внутрибольничного заражения ВИЧ с сотнями жертв.

Период с 1981 по 1984 гг. — это период бездействия советской медицины. Совершенно очевидно, что даже в 1985–88 гг., когда в стране были найдены уже сотни ВИЧ-инфицированных, информация не доводилась до широкого круга медицинских работников. Как еще можно понять историю Владимира К., у которого в 1987 г., в ведущей инфекционной клинике Москвы, диагноз саркомы Капоши и СПИДа был поставлен «по счастливой случайности», а смерть ребенка от кандидоза в 1988 г. в республиканской клинике в Элисте не вызвала даже подозрения на СПИД?

Также полное недоумение вызывает тот факт, что тестирование на ВИЧ (более 40 тысяч тестов) в первые два года проводилось среди иностранцев (особенно, африканцев), но не среди советских граждан, работавших в Африке и других странах. По-видимому, тезис о том, что у советских людей секса нет, оказался тогда определяющим.

Представьте, что такое произошло бы в наше время, например, с эпидемией вирусов Эбола или Зика. Нет, с наших сегодняшних позиций бездействие Минздрава СССР в течение 4 лет, и попытки вести борьбу с ВИЧ скрытными методами в следующие 3 года, никак нельзя назвать хорошей работой.

Начало борьбы с ВИЧ в СССР

Политика противодействия ВИЧ в СССР и России была сформирована к 1987 г. и состояла из пяти основных элементов:

  1. Масштабное обследование населения и обязательное обследование доноров.
  2. Эпидемиологические расследования случаев ВИЧ.
  3. Введение уголовной ответственности за заражение вирусом, депортация иностранцев с ВИЧ.
  4. Ликвидация очагов заражения в больницах и предупреждение передачи ВИЧ при медицинских вмешательствах (с 1989 г.).
  5. Гласность (с 1989 г.).

Читателю, вероятно, будет любопытно узнать, что тестирование на ВИЧ в масштабах, сопоставимых с сегодняшними, было начато еще 30 лет назад, в конце 1987 года.

Количество тестов на ВИЧ в России, 1987–2016 гг.


Данные: ФНМЦ СПИД Роспотребнадзора

Эти действия имели определенные результаты. Благодаря тестированию доноров, России, в отличие, например, от США, удалось избежать массового инфицирования одной группы риска — больных гемофилией, которым постоянно требуются препараты крови. Кроме того, крупных вспышек в больницах, после истории с Элистой, не было зафиксировано.

Но в целом комплекс этих мер, как мы сейчас знаем, не был успешным. Тестирование на ВИЧ само по себе не защищает от заражения. Нужно проводить профилактику передачи в группах риска (среди потребителей инъекционных наркотиков, МСМ, работников коммерческого секса, заключенных и половых партнеров всех этих людей). Необходимые меры тогда не были разработаны, или заимствованы у других стран, нет их и сейчас.

Эпидемиологические расследования дали бесценную информацию о нравах и уровне медицины того времени, но они отставали, иногда на несколько лет, от реальных событий.

Ст. 115.2 УК РСФСР. Заражение ВИЧ-инфекцией
(введена 31.08.87)

Заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией — наказывается лишением свободы на срок до 5 лет.

Заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни, — наказывается лишением свободы на срок до 8 лет.

Введение уголовной ответственности, даже суровой, ничего не дало. В одних случаях ее было невозможно применить (например, когда оба партнера знали о ВИЧ-инфицировании одного из них, но не хотели предохраняться), если же дело и доходило до суда, обвиняемый мог отделаться условным наказанием или досрочным освобождением. В любом случае, люди не переставали заниматься сексом.

Гласность, с другой стороны, была очень важна. Когда в 1989 г. программа «Время» на центральном телевидении рассказала о трагедии в Элисте, она сделала шаг далеко вперед не только по отношению к своему, но и к нашему времени. Мы думаем, что именно широкое освещение событий в Элисте позволило избежать повторения подобных историй в медицинских учреждениях — в огромной стране, где не все было гладко. Однако этого оказалось недостаточно, чтобы остановить эпидемию.


Дальнейшее распространение ВИЧ

После ликвидации внутрибольничных очагов на юге России, вирус продолжал распространяться почти исключительно половым путем, как среди гомосексуального, так и среди гетеросексуального населения.

Выявленные случаи ВИЧ среди граждан России, 1987—95 гг.
Пути заражения 19871988198919901991199219931994199587–95
Гомосексуальный 82117243735357387337
Гетеросексуальный 92032193038535869328
Переливание крови 415
Внутрибольничный 62004495211268
Матери от детей 1146122
Дети от матерей 1112117
Инъекции наркотиков 4913
Не выяснено 11311710142637110
Всего 225026810585891051632031090

Источник: первая версия приведена в [1]. Уточнена по более поздним публикациям ФНМЦ СПИД Роспотребнадзора

Число инфицированных росло. В 1995 г. новых зараженных было найдено почти в 10 раз больше, чем в 1987 г. Эпидемиологи теряли контроль над ситуацией — это видно как по количеству случаев с неустановленными источниками, так как и по их широкой географии. К концу 1995 г. в России ВИЧ был найден в общей сложности у 1090 человек. Очаги инфекции среди взрослых сформировались в крупных, а также приграничных и портовых городах: Москве, Санкт-Петербурге, Мурманске, Калининграде, Смоленске, Волгограде, Ростове, а также в Московской и Свердловской областях, Приморском и Краснодарском краях и других регионах. Всего ВИЧ-инфицированные были найдены в 66 субъектах федерации.

Грозным предупреждением в 1994–95 гг. стали первые 13 человек, заразившиеся через внутривенные инъекции наркотиков. Катастрофа была неминуема. И она произошла — в 1996 году.


Некоторые уроки

Сведения о поведении советских и российских граждан, собранные в 1985–95 гг., полезны и сегодня.

Приведенные ниже наблюдения мы почерпнули, в основном, из книги «Эпидемиология и профилактика ВИЧ-инфекции и СПИД», изданной в 1996 г. Ее автор — академик РАН В. В. Покровский, который возглавляет группу по борьбе со СПИДом (сейчас — Федеральный научно-методический центр по профилактике и борьбе со СПИДом) с 1985 г. и до настоящего времени. Мы рекомендуем найти в интернете и прочитать эту книгу всем, кто задается вопросом о том, что творится с ВИЧ в нашей стране.

Несмотря на однозначную идеологическую позицию, пропаганду и плотный контроль со стороны партийной ячейки, профкома, руководства, коллектива и соседей, многие советские мужчины и женщины имели более одного полового партнера.

Некоторые сексуальные практики советских людей покажутся экзотикой и нам (подробнее — в книге академика). Остается только догадываться, где они этому научились.

Несмотря на отсутствие толерантности в обществе, табу в средствах массовой информации и суровую уголовную ответственность, секс между мужчинами в начале 80-х годов имел место как в крупных, так и в небольших городах. При этом он практиковался не только гомосексуалистами.


Среди МСМ (мужчин, практикующих секс с мужчинами) доля бисексуалистов (имеющих также контакты с женщинами), в том числе семейных, в СССР была выше, чем в западных странах. Это могло быть связано с общественным давлением. Через бисексуалистов ВИЧ передавался из группы МСМ в основную популяцию.

В 80-х годах в СССР не было уголовного наказания за проституцию, но занятия ею преследовались. Тем не менее в Москве и Ленинграде проституцией занимались как женщины, так и мужчины.

Лица с первыми проявлениями иммунодефицита продолжали искать и находили новых половых партнеров.

Лица, знающие о своем статусе ВИЧ, продолжали заражать других, несмотря на письменное предупреждение об уголовной наказуемости такого деяния.

Некоторые половые партнеры ВИЧ-инфицированных не хотели предохраняться, хотя знали об этом статусе, — и заразились сами.

Риск передачи ВИЧ максимален, когда иммунная система инфицированного человека не дает достаточного ответа на размножение вируса. Это происходит в первые недели после заражения — в период «серонегативного окна», когда тест на антитела к ВИЧ еще отрицательный, а также после окончания бессимптомной фазы заболевания при отсутствии терапии.

При эпидемиологических расследованиях бисексуалисты уклонялись от раскрытия своих контактов с мужчинами.

После событий в Элисте, врачи уничтожали доказательства, которые могли подтвердить случаи внутрибольничного заражения. Несколько таких случаев удалось раскрыть, спустя годы, сопоставляя истории различных пациентов.

Владимир К., заболевший в 1985 г. СПИДом и саркомой Капоши, прожил еще 5,5 лет благодаря упорному лечению вторичных заболеваний и терапии АЗТ (зидовудином). В то время другие антиретровирусные препараты не были доступны.

Некоторые из детей, зараженные в грудном возрасте в Элисте в 1988 г., дожили как минимум до 2016 г., завели семьи и родили здоровых детей. Принимая терапию, они прожили с вирусом по меньшей мере 28 лет.

Первая волна эпидемии. 1996–2004 годы


Краткая хроника событий


Источники

  1. «Эпидемиология и профилактика ВИЧ-инфекции и СПИД», В.В. Покровский, 1996.
  2. «Эпидемиология инфекции, вызываемой вирусом иммунодефицита человека», автореферат диссертации, В.В. Покровский, 1990.
  3. «ВИЧ-инфекция: клиника диагностика и лечение», В.В. Покровский, Т.Н. Ермак, В.В. Беляева, О.Г. Юрин, 2003.
  4. «ВИЧ-инфекция», А.Г. Рахманова, Е.Н. Виноградова, Е.Е. Воронин, А.А. Яковлев, 2002.
  5. Статистические публикации ФНМЦ СПИД Роспотребнадзора за 1994–2017 гг.
  6. Публикации региональных СПИД-центров и СМИ.